Экс-помощник госсекретаря США рассказал, как можно надавить на лукашенковский режим.

Научный сотрудник Международного Университета штата Флорида, бывший помощник госсекретаря США по вопросам демократии и прав человека в администрации Джорджа Буша-младшего, экс-директор "Freedom House" Дэвид Крамер заявил, что единственный способ добиться ухода Лукашенко – это усилить на него давление.

– США, ЕС, Канада и Великобритания недавно приняли новые санкции против режима Лукашенко. Также 8 декабря вступили секторальные санкции Минфина США. Насколько это сильный удар по режиму Лукашенко?

– Это сильный удар по режиму Лукашенко, но этого недостаточно. Если мы действительно хотим повлиять на ситуацию в Беларуси, то мы должны воздействовать на поддержку Лукашенко, которая исходит из России. Я бы сказал, что без поддержки Путина и определенной поддержки олигархов, российских предприятий, Лукашенко бы уже ушел. Если хотим прекратить финансовую поддержку нелегитимного режима в Беларуси, то нам нужно наложить санкции на определенных физических и юридических лиц. Например, на Михаила Гуцериева, который попал под санкции ЕС и Великобритании, но по каким-то причинам не попал под санкции США.

Также существует проблема поддержки со стороны стран Персидского залива, в частности, Арабских Эмиратов. ОАЭ – союзник Соединенных Штатов, мы должны дать им понять, что есть выбор: либо вести дела с Лукашенко, либо оставаться в хороших отношениях с Соединенными Штатами. Думаю, что принять это решение будет очень просто, если мы будем говорить именно так.

Считаю правильным решением применение дополнительных санкций против Беларуси, но их должно быть больше, если мы хотим оказать влияние.

– Как вы оцениваете работу новой администрации Белого дома в вопросе Беларуси за это время? Чего удалось добиться

– Была явная попытка оказать сильное давление на Лукашенко. Думаю, что сотрудничество между Соединенными Штатами и нашими европейскими союзниками значительно улучшились, когда дело доходит до политических санкций в отношении режима Лукашенко. Если говорить о предыдущей администрации Трампа, то тогда тогдашний заместитель государственного секретаря США Стивен Биган и заместитель помощника государственного секретаря по делам Европы и Евразии Джордж П. Кент поехали в Вильнюс, чтобы встретиться со Светланой Тихановской, а затем поехали в Москву для обсуждения ситуации с российскими официальными лицами.

В последней половине 2020 года между США и ЕС не было особой координации в отношении санкций, но при администрации Байдена сотрудничество стало намного лучше. Однако сама ситуация стала хуже. Ужасный август и последующие месяцы, когда Лукашенко украл выборы и начал жестокие репрессии против протестующих. Это произошло, когда Трамп был у власти, но репрессии против протестующих продолжаются. Конечно, протесты не столь публичные, как они были в августе 2020 года.

Позже мы стали свидетелями угона рейса Ryanair, следовавшего из Афин в Вильнюс через территорию Беларуси и использованию в качестве оружия мигрантов и беженцев из Ближнего Востока. Это послужило созданию дополнительного кризиса в Европе. Я не думаю, что за угоном самолета стоял Путин, но на нем лежит ответственность за использование нелегальных мигрантов, которое мы увидели позже. Это только укрепляет мысль, которую я сказал вначале: если мы хотим повлиять на ситуацию с Лукашенко, то мы должны повлиять на поддержку, исходящую из России. По моему мнению, администрация Байдена должна прийти к такому выводу.

– Президент США и во время личной встречи с Путиным в Швейцарии, а также в недавнем разговоре по видеосвявзи, поднимал тему Беларуси. Какие сигналы он может посылать главе Кремля в этих разговорах?

– Я думаю о том, что поддержка Лукашенко – это проигрышная позиция России. До августовских событий Беларусь была либо нейтральна, либо иногда даже положительно настроена по отношению к России. Не было реального антагонизма или неприязни к России и ее политике. Однако ситуация поменялась из-за различных встреч, которые мы видели между Путиным и Лукашенко, поддержки России, увеличения присутствия российских сил на территории Беларуси, усиления сотрудничества в сфере безопасности, а также присутствия российских телеведущих (я бы не стал называть их журналистами), которые сменили беларусских в августе и сентябре прошлого года. Думаю, что эта постоянная поддержка со стороны Москвы может настроить народ Беларуси против России. Путин имеет ужасное понимание своих соседей.

Надеюсь, что США дали ясно понять — продолжающая поддержка беларусского режима чревата риском того, что другой сосед России обратится против нее. В Беларуси нет призывов вступать в НАТО или ЕС, но мы также не должны закрывать двери этих организаций, если перемены в стране приведут к появлению массового стремления присоединиться. Мы видели, как в Украине после российского вторжения в 2014 году, выросла поддержка идеи вступления в НАТО с 12-13 процентов до поддержки большинства. Это еще один пример того, что Путин не понимает своих соседей. Его подход и тактика настраивают страны против России и заставляют людей хотеть иметь защиту со стороны Североатлантического института.

– Видите ли вы возможность какого-то консенсуса между Западом и Россией по вопросу Беларуси или вы считаете, что Путин будет поддерживать режим Лукашенко до конца?

– Я не вижу никакого понимания или консенсуса между Западом и Россией. Кажется, мы на совершенно разных страницах. Говоря о второй части вашего вопроса, поддержит ли Путин Лукашенко до конца, то я склонен сказать «да». Путин не хочет, чтобы Лукашенко был отстранен от власти в результате протестов. Это плохой пример для России.

Путин и Лукашенко не ладят, я думаю, что это общепринятое мнение. Да, они встречаются довольно часто, около 10 раз в этом году, если я не ошибаюсь, а поддержка России остается относительно стабильной. Это своего рода выражение «Это — сукин сын, но это наш сукин сын». Таким образом, они скорее попытают шансы удержать его у власти, чем заменят другим лидером, который может придерживаться другого подхода не только во внутренней политике, но и внешней.

– Последние действия диктатор – угон самолета и миграционный кризис на границе с Литвой и Польшей – показали, что он угрожает не только беларусам, но и европейской безопасности. Появилось ли у Запада понимания, что они имеют дело с кем-то вроде европейского Хуссейна или Каддафи?

– Есть те, кто думал, что все происходящее затрагивает только людей в Беларуси, мол, зачем нам переживать по этому поводу. Вот, нам и напомнили, почему мы должны волноваться. Прежде всего, это аргумент войны, а также члены Совета Европы и ОБСЕ несут ответственность, чтобы смотреть на внутреннюю ситуацию, есть ли право голоса и так далее. Страны должны использовать свои голоса, чтобы оказать влияние ту или иную ситуацию в Беларуси, России или другой стране.

Теперь же ситуация выходит за пределы Беларуси. Угон самолета Ryanair должен напугать любого, кто пролетает над Россией и Беларусью, потому что не зная того, вы можете сидеть рядом с каким-нибудь политическим активистом. Нечто подобное мы видели в Санкт-Петербурге после угона самолета Ryanair. Россияне не угоняли самолет, но не позволили польской авиакомпании LOT взлететь, потому что на борту находился российский активист. Его заставили вернуться в терминал и арестовали.

Конечно же, Лукашенко прилагает все усилия, чтобы «наводнить» Литву и Польшу, в меньшей степени Латвию, мигрантами и беженцами с Ближнего Востока. При этом он знает, что это чувствительный вопрос в некоторых европейских странах. В Литве и так уже много беженцев из России и Беларуси, а это небольшая страна, где чуть более 3-х миллионов населения. Стоит отметить, что Литва проделала героическую работу, оказывая помощь и поддержку беларусам и другим национальностям, однако есть также проблемы с емкостью страны.

Польша – страна, которая в 10 раз больше Литвы, также придерживается довольно строгого подхода к миграционной политике. Пересечения границы этими людьми с Ближнего Востока представляет собой политическую проблему для страны. Да, это вызывает вопросы внутри самого Евросоюза, когда некоторые государства-члены, которые не находятся на передовой, могут с легкостью критиковать Польшу и Литву за способы решения это ситуации. Однако эти критики не несут основную тяжесть этого вооружения мигрантов, которым воспользовался Лукашенко.

Еще есть проблема августа, когда Лукашенко украл выборы. Светлана Тихановская была явно победительницей на выборах. Европейские страны и, откровенно говоря, любые демократии не могут сидеть сложа руки, ничего не предпринимая, потому что это приведет к большому количеству подобных случаев, когда выборы могут быть украдены кем-то другим. Я говорю из Майами, где также есть опасения по поводу предстоящих выборов в США. Вот почему мы не можем ничего не делать.

– В одном из интервью вы заявили «на Лукашенко нужно давить, пока он не уйдет». Какие инструменты такого сильного давления вы видите?

– Санкции на внешнюю поддержку, которую Лукашенко получает. Я также призывал назвать его террористом. Более точнее, я не хочу, чтобы мы назвали его государственным спонсором терроризма, потому что это означает, что мы признаем его в качестве лидера государства. Мы должны относиться к нему, как к совершенно незаконному руководителю, с которым никто не должен встречаться.

Очень сожалею, что канцлер Меркель говорила с ним перед тем, как уйти в отставку. Западные лидеры не должны с ним разговаривать. Мы должны сделать все возможное, чтобы оказать давление на него и его окружение, в том числе Россию и ОАЭ. Мы можем сделать больше и очень надеюсь, что на это есть политическая воля.

– Вы говорили о довольно нестандартном методе – давление на арабские страны, чтобы они заблокировали счета Лукашенко. Насколько это действенный и потенциально возможный метод?

– Я считаю, что это абсолютно необходимо и выполнимо. Это означало бы, что он не смог бы хранить свои коррумпированные деньги в безопасности ни в Западной Европе, ни где-либо еще.

Послушайте, будет больно, если мы затянем санкции посильнее для жителей Беларуси, для некоторых европейских стран, которые ведут торговлю с Беларусью, никто не должен делать вид, что санкции безболезненны. Санкции не безболезненны, они должны быть такими, потому что другая альтернатива – ничего не делать. Мне кажется, что мы обязаны усилить давление и перекрыть источники финансирования.

Без финансирования Лукашенко не сможет оплачивать службы безопасности, а это означает, что они с меньшей вероятностью будут выполнять приказы, например – участвовать в кровавых репрессиях против своих граждан.

– Каким вы видите конец режима Лукашенко и лично беларусского диктатора?

– Я действительно считаю, что его дни сочтены, но не могу сказать, когда это закончится. Его ситуацию сложно назвать стабильной. Если Запад действительно усилит давление на него, то, возможно, даже Москва решит, что сохранение его у власти не в их интересах. У него нулевая легитимность, единственный способ, из-за которого он находится у власти, – это жестокое насилие против народа Беларуси, преследование журналистов, гражданского сообщества, а также активистом оппозиции.

Недавний приговор представителям оппозиции отражает его огромную незащищенность. Необходимость запереть этих людей как можно дольше предполагает, что у него нет других возможностей оставаться у власти, только с применением грубой силы. Не думаю, что это может длиться долго.

Конечно, я бы хотел, чтобы Лукашенко ушел не вчера, а еще лет 15-20 назад. Я думаю сегодня в Беларуси достаточно людей, которые понимают, что 27 лет у власти – более чем достаточно. Он дольше у власти, чем Путин. Поэтому единственный способ оставаться у власти для него – это использование грубой силы с поддержкой, которая исходит из России и ОАЭ. Думаю, что мы можем попытаться оказать больше усилий, чтобы положить этому конец.


 

У вас нет прав оставлять комментарии. (You have no rights to post comments.)