Артём Шрайбман: планы власти отказаться от нейтралитета в Конституции непопулярны во всех группах общества.

Политический обозреватель Артем Шрайбман разобрал новый опрос «Chatham House».

По опросам «Chatham House», общество в Беларуси разделено на три группы:

36% — «нейтралов», 36% — протестного электората, и 28% — сторонники власти.

Нейтралы — аполитичные люди, но из них лишь немногие голосовали на выборах за Лукашенко, большинство из них были либо за Тихановскую, либо против всех. Но теперь им и «протест», и «власть» одинаково НЕ близки.

Начну с неприятной новости для сторонников бело-красно-белого флага.

БЧБ и Погоня все еще проигрывают красно-зеленому флагу и государственному гербу в вопросе «какие символы вам наиболее близки?»

Соотношение — 29% против 48%, а остальным не близки ни те, ни другие символы. Эти цифры не сильно меняются с начала года.

В полярных группах все понятно и предсказуемо. Хотя 23% сторонников протеста выбрали вариант «ни те, ни те», а провластный электорат поддерживает свои символы куда более дисциплинированно.

Но вот в нейтралах и кроется разгадка. Они оказались консервативны в выборе символики — 52% из них за сегодняшние официальные флаг и герб, еще 38% — против обоих вариантов.

Нет точного ответа, насколько гибка будет эта позиция, если к власти придут сторонники БЧБ. Но моя гипотеза в том, что их консерватизм — продукт не убеждений, а аполитичности и пофигизма к этим вопросам. Поэтому многие из них примут то, что будет доминирующей повесткой, как свою точку зрения. Так же, как принимают сегодняшнюю официальную атрибутику.

Протест большинства

В том, что касается требований протеста — нейтралы, наоборот, сближаются с оппонентами власти, делая их требования — требованиями большинства беларусского общества (по крайней мере выборки, охваченной Chatham House).

Большинство в обеих группах до сих пор поддерживает:

— проведение новых и честных выборов (67% у нейтралов, 99% — у сторонников протеста, и даже 18% — в бастионе Лукашенко);

— освобождение политзаключенных (63% — нейтралы, 97% — протест, 13% — у провластных);

— прекращение применения силы к протестующим (62%, 96%, 13%).

С требованием отставки Лукашенко все сложнее.

У протестующих тут, ясное дело, консенсус. А вот среди нейтралов поддерживают эту идею чуть меньше трети, 10% — не поддерживают, а большинство (58%) — не определились.

В вопросе о честном расследовании действий силовиков штормить начинает группу сторонников власти — она делится на три почти равные части: треть сторонников Лукашенко поддерживает это требование протеста, треть — не поддерживает, а треть не определилась.

Из этого мы можем сделать вывод, что даже внутри провластного электората каждый шестой-седьмой понимает, что с насилием перегнули палку, а каждый третий и вовсе согласен покуситься на священную корову — иммунитет тех, кто защитил власть с дубинками.

Россия и протест

Несмотря на то, что все группы относятся к России хорошо, на вопросе об отношении к Путину проявляются резкие разногласия.

Позитивные оценки о нем — лишь у 18% сторонников протеста и у 91% провластных белорусов.

Это значит, что Путин просто сливается с Лукашенко в массовом сознании, особенно активной части общества (представленной на краях спектра) – люди либо любят, либо не любят их обоих.

Но интересна эволюция.

У 74% сторонников власти (и у 82% нейтралов) мнение о Путине за последние месяцы не изменилось, а 70% сторонников протеста говорят, что у них оно за это время ухудшилось. То есть российский президент мало чего приобрел с точки зрения симпатий белорусов, но потерял протестную часть общества. Не рискну утверждать, что навсегда. Зависит от его роли в будущем транзите в Беларуси.

Похолодание отношения к Путину транслируется и на желание интегрироваться с Россией. С ноября 2020 года число сторонников членства Беларуси в ОДКБ упало с 63% респондентов «Chatham House» до 50%. А число сторонников членства в НАТО, хоть и остается маленьким, но почти удвоилось – с 6 до 11%.

Разумеется, пророссийские настроения тянут вниз сторонники протеста. Среди них в ОДКБ хочет быть только каждый шестой. Зато 20% из них хотят в НАТО, а в другом вопросе 30% из них выступили за членство в ЕС (среди всех эта цифра – 13%).

Очень любопытно, что планы власти отказаться от нейтралитета в конституции непопулярны во всех группах общества. Даже среди электората Лукашенко 51% хочет сохранить в конституции такое стремление. Ясное дело, что среди оппозиционно-настроенных таких людей большинство – 78%.

Нейтралитет в массовом сознании стал синонимом независимости и люди не хотят отказываться от прописанного в конституции курса на одну из этих ценностей, боясь подорвать другую.

За более тесную интеграцию с РФ (политический союз или одно государство) по всей выборки выступили 20%. Но ни в одном из лагерей таких «интеграторов» не оказалось большинство. Среди протестно-настроенных таких людей всего 6%, среди любителей власти – 39%. Но большинство во всех группах – за разные формы экономической интеграции (зона свободной торговли или единое экономическое пространство) без наднациональных надстроек и полного объединения.

Цифры по российской авиабазе не сильно изменились с 2015 года, когда она бурно обсуждалась в первый раз. 25% — за, 39% — против, остальным либо все равно, либо не смогли ответить.

Но тут между двумя полюсами общества заметна разница. Почти каждый второй сторонник Лукашенко хочет российскую базу, в то время как среди ядра его оппонентов таких всего 9%, а 76% базу в Беларуси не хотят.

Социалка

Отвлекаясь от геополитики, если где-то и есть народное единство, так это в неприятии сокращения декретного отпуска. Несогласных с такой идеей большинство в каждой группе. Но если среди нейтралов и оппонентов власти их больше 75%, то среди сторонников Лукашенко – лишь 60% (а 15% одобряют, что в два раза больше, чем в «ядре протеста»).

Я сомневаюсь, что там засели убежденные рыночники. Скорее всего, из-за формулировки вопроса значительная часть провластных респондентов подумали, что правительство уже вот-вот примет или приняло такое решение, а правительство надо поддерживать.

По поводу абортов и неравенства мужчин и женщин в области оплаты труда сторонники Лукашенко консервативнее, чем их оппоненты. Например, в ядре протеста сторонников права на аборт во всех или в большинстве случаев – 77%, а среди сторонников Лукашенко – 64%.

С признанием гендерного неравенства в оплате труда ситуация более полярная. У провластных эту проблему в Беларуси замечают 22%, а среди оппонентов Лукашенко – почти половина.

Пузыри

Но мою самую любимую цифру уже озвучил сам автор опроса, Рыгор, на презентации.

Людям задали вопрос – вы сторонники власти или нет? «Определенно да» или «скорее да» ответили — 39%, а остальные, 61% — сказали «определенно нет» или «скорее нет». Тут не было возможности соскочить в нейтралитет.

Затем у них спросили: а как вы думаете, сколько вас таких в Беларуси?

И оказалось, что сторонники власти из этого вопроса считают в среднем, что их в стране 67%, а противники – что их 71%.

Это значит, что ошибаются и те, и те. Но провластные ошибаются больше чем в полтора раза, а их оппоненты – всего лишь на 10 процентных пунктов. Информационные пузыри делают свое дело, но тот, что надулся вокруг провластного лагеря, значительно плотнее.


Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x